Командир подводной лодки устроил соревнование по плаванию. Все плывут кролем, а Иванов — на спине.
— Иванов, ты почему на спине плывешь?
— Настоящий подводник должен плыть перископом вверх.

О еде в армии
— Тут на обед в полковую столовую привезли списанные замороженные туши со складов НЗ.
Четкое чернильное клеймо — «1948 год». Повар еще мрачно пошутил — пацаны, мол, у нее сегодня юбилей…
— А птеродактилей копченых не давали?
— Не, у них еще срок годности не истек.

Вся эта суета вокруг Телеграма напомнила.
Служил на Дальнем востоке, телевизор принимал китайские программы. В один день пришли особисты, пощелкали кнопками на на нашем древнем Рубине. Нашли Китай на 6-й кнопке. Достали паяльник, выпаяли настроечный резистор из-под 6-й кнопки. Ушли. Мы пожали плечами, подкрутили пятую кнопку, настроили на Китай — продолжаем смотреть. Не то, что бы там что-то очень интересное было, просто из принципа. Так и живем :)

Поехал я нынче летом в командировку. Время в пути ровно сутки. C утра заселившись в купе, нахожу там двоих попутчиков очень приятные люди, с которыми постепенно завязалась простая беседа людей на сутки сведенных вместе. Это были женщина в годах, к сожалению ее имени я не помню, и мужчина в самом расцвете сил, т. е лет 40-45. Звали мужика Василий, про него собственно и история. В процессе беседы выяснилось, что они уже едут двое суток и также разговаривая, они выяснили, что очень давно они служили на одной пограничной заставе у нас на дальнем востоке. И когда-то, покойный муж этой женщины, особист заставы спас молодого медика прапорщика Василия от неминуемой ломки его служебной карьеры по каким-то там партийным делам. За что Василий неоднократно поминал мужика добрым словом и искренне сожалел этой женщине что муж так рано умер. К вечеру Василий ушел к своим знакомым в соседнее купе отмечать день рождения своего внука. Поздно вечером он вернулся в прекрасном расположении духа с поллитрой, которую мы на троих и выпили. Выпили соответственно своих способностей, т. е. как и все нормальные женщины в чужой компании, наша попутчица только пригубила, я выпил от силы сто грамм-завтра спозаранку встреча с заказчиком, а Василий приговорил остальное. Подъем мужика на вторую полку в объятия сна осуществляли втроем. Я, хрупкая женщина и могучий и богатый русский язык в части матов сквозь зубы. Василий при этом вел себя как нормальный русский мужик, офицер, напоминал сосиску. Т. е. никак. А фигли, солдат спит, служба идет. При этом достойно и прилично не как какой-нибудь алкаш. Я вспомнил рассказ своих друзей, как они когда-то поднимали меня. Поверьте мне, вели мы себя по разному. Одним словом настоящий офицер. Ну, слава богу, подняли. Мы еще немного поговорили об их жизни на заставе, попутчица что-то рассказывала из жизни пограничников и постепенно, под стук колес купе отошло ко сну. Оказалось ненадолго.
Жуткий грохот падающего со второй полки тела об столик со стаканами и разной посудкой мгновенно разбудил нас с женщиной. Разбудил грохот нас, но не Василия который собственно и храпел теперь уже на полу. Первые попытки поднять его очень быстро дали понять, что сосиску в стоячем положении мы хоть и смогли запихать наверх, но теперь, то тесто которое он собой представлял из ямы между полками мы уже точно не вытащим. Наши позывы Василий, Василий, Ва-а-сссилий вставай! Сопровождались только сладким сонным похрапыванием. (далее…)

Про ВАСЮ.
В 11-м классе нас направили в военкомат, вместе с нами пошла выдающаяся личность — Вася Грязев. Приключения у него начались уже в больнице, где мы сдавали кровь и мочу. Вася припер литровку, по самую пробку полной мочи! Мед сестра спросила:
— Сколько добро собирал-то?
— Неделю! — гордо ответил Вася.
В военкомате к хирургу нужно было заходить в одних трусах и когда Вася разделся до трусов, то всем стала видна громадная ДЫРИЩА у него на жопе, причем от трусов практически ничего не осталось! Вася бодро зашел к хирургу, а там сидела молодая и жутко привлекательная медсестра в немного расстегнутом халатике. При виде такого непотребства Васин боевой конь встал по стойке «смирно» и трусы сами упали к ногам красотки. Хирург, стараясь не дышать, сказал:
— Годен, только ПИСЮ мыть надо! (далее…)