Слово офицера.
Окончив в 2000 году военное училище я отправился служить в Республику Таджикистан для «выполнения задач по поддержанию конституционного порядка в условиях чрезвычайного положения» в данной республике. Молодым лейтенантом я был назначен на майорскую должность начальника службы ГСМ артполка, поэтому состоял в управлении полка и имел удовольствие наблюдать много интерестностей от старших товарищей по оружию. Командиром полка на тот момент был полковник, скажем, Сансаныч. По словам старших товарищей, Сансаныч раньше страдал (или наслаждался) алкоголизмом, но в один прекрасный момент его боевая подруга (супруга) вытащила его пьяного в умат из сауны (предварительно отбив от навязчивых нимф), а на утро категорически заявила что он бросает пить! Закодировала. Ей это удалось. Сансаныч рьяно взялся за службу и за карьерный рост. Из начальника штаба превратился в комполка. Пить то он перестал, но дури в нем осталось еще на пять таких же сансанычей. Был он весьма строгим, выговоры объявлял исключительно матом, с добавлением литературных слов. В начале совещаний командного состава полка называл называл всех нас шайкой пида. . сов, обязательно упомянув что он среди нас пидо. . ас-предводитель (ну чтоб мы не обижались и в суд не подали). Матом он объяснял все очень доходчиво, нам нравилось, иногда в курилке мы его цитировали и восхищались его литературным талантом. Все его конечно-же боялись и уважали, но еще больше его начали уважать после одного поступка… (далее…)

В Котельнической дорожно-строительной бригаде служил начальником штаба подполковник Д. Был у него в подчинении командир комендантского взвода прапорщик N. Приспичило прапорщику уйти в отпуск, вот и написал он рапорт на имя непосредственного начальника. Но в армии очень не любят отпускать подчиненных в отпуск, особенно льготников, у которых отпуск набегает до 60 и более суток, без учета времени на проезд к месту проведения отпуска и обратно. Пригорюнился подполковник, да и наложил резолюцию на рапорт: «После окончания строительства забора вокруг караульного помещения».
Прапорщик на своем рапорте пишет: «Забор построен».
Резолюция начальника штаба: « Не п..ди».
Ответ прапорщика в письменном виде на своем же рапорте: «Не п.. жю».
Резолюция начальника штаба «Начальнику строевой части, в приказ».
Этот рапорт долго хранился у моего друга, начальника отдела кадров этой бригады.

ДЛЯ ТЕХ, КТО ЛЮБИТ АРМИЮ:
«Встречный бой с бандой националистов».

Совсем еще мальчишкой я жил в замечательно красивом городке Центральных
Бронетанковых Курсов (Казань), построенном за несколько лет до войны
Гитлером. Германии запрещалось иметь танковые войска вообще (по условиям мира), и фюрер с восторгом принял приглашение Сталина разместить немецкие танки в СССР. Гитлеровские танкисты оттачивали при этом боевое мастерство на полях и дорогах (реальной местности) своего завтрашнего противника. (далее…)

ЧЕБУРАШКА
Эту историю рассказал друг, служивший в свое время далеко на севере. Их маленькая часть охраняла какой-то там секретно-военный объект. Основной состав сержантский, но изредка попадались и рядовые-срочники. В качестве рабочей силы, снег там расчистить, в казарме убрать и прочую ерунду сделать.
И вот поступает пополнение.
Свежеиспеченный солдатик выглядел как выпускник детского сада. Маленький, худенький, с большими восторженными глазами и такими же ушами. И с улыбкой необремененной интеллектом, зато до этих самых ушей. (далее…)

После университета два месяца служил, или партизанил в Советской Армии. Нам досталась казарма еще царской постройки. По лестнице ведущей на второй этаж могла бы проехать машина, стены почти три метра толщиной. Новая эпоха добавила пристройку типа сортир. Она была раздолбана и обосрана до предела. Служба нам досталась не самая тяжелая, стрельба на полигоне, лекции по спецдисциплинам и строевая подготовка. Из-за жары, казарма засыпала поздно, трепались, играли на гитаре, иногда и спиртные напитки. Во время очередных посиделок послышался громкий крик: (далее…)