Российские спецслужбы читают переписку в мессенджерах не для того, чтобы узнать что-то секретное, а чтобы поржать.

— «На белом-белом покрывале января любимой девушки он имя написал…»
— Блин, Голодрыщенко, это ж протокол!
Пиши: «Мочился под окнами своей сожительницы».

Вчера наряд милиции задержал пьяную учительницу русского языка, пытавшуюся исправить вывеску магазина «ОБОИ» на «ОБА».

Из объяснительной:
«…После обыска у самогонщицы Сидоровой я и сержант Карасюк никак не могли найти входную дверь. Когда Карасюк устал и уснул в туалете, дверь я все-таки нашел. Но вот зачем я принес эту дверь в наше отделение, не помню…»

Иду тут после гостей. Немножко, скажем, несобранный. Иду. Курю. Никого не трогаю. Подъезжает машина, милицейская. Вылезает из нее дядька, крупного формата, и ко мне подваливает. — Выпивали? — спрашивает. — Да нет, — говорю. — А почему вид такой? — Какой? — Вид, говорю, почему такой? — Я, — говорю, — программист, вот думаю… — Ты еще и думать можешь?! — Я сегодня весь день думал… — И о чем, интересно? — Да, как бы это сказать, в общем нужно реализовать упаковку иерархии в объект методы виртуальных, других объектов, которых еще пока нету.
Ну, на момент, когда все уже работает…
Поворачивается к машине: — Че, забираем? — Не, мы в вытрезвитель только. В дурдом пусть другие забирают.
И уехали.