Письмо с пророчеством

Писатель Евгений Петров имел странное и редкое хобби: всю жизнь коллекционировал конверты… от своих же писем! Делал он это так — отправлял письмо в какую-нибудь страну. Все, кроме названия государства, он выдумывал — город, улицу, номер дома, имя адресата, поэтому через месяц-полтора конверт возвращался к Петрову, но уже украшенный разноцветными иностранными штемпелями, главным из которых был: «Адресат неверен». Но в апреле 1939-го писатель решил потревожить почтовое ведомство Новой Зеландии. Он придумал город под названием «Хайдбердвилл», улицу «Райтбич», дом «7» и адресата «Мерилла Оджина Уэйзли». В самом письме Петров написал по-английски: «Дорогой Мерилл! Прими искренние соболезнования в связи с кончиной дяди Пита. Крепись, старина. Прости, что долго не писал. Надеюсь, что с Ингрид все в порядке. Целуй дочку от меня. Она, наверное, уже совсем большая. Твой Евгений». Прошло более двух месяцев, но письмо с соответствующей пометкой не возвращалось. Решив, что оно затерялось, Евгений Петров начал забывать о нем. Но вот наступил август, и он дождался… ответного письма. Поначалу Петров решил, что кто-то над ним подшутил в его же духе. Но когда он прочитал обратный адрес, ему стало не до шуток. На конверте было написано: «Новая Зеландия, Хайдбердвилл, Райтбич, 7, Мерилл Оджин Уэйзли». (далее…)

Комментарием о филателии к одной из моих историй напомнило.
Где-то в кризис 2008-09ого года мне удалось чутком прикоснуться к достаточно интересной истории. Конечно за правдивость рассказчика ручаться не могу, но как ни странно я даже нашел статью на Вики про это. Так что судите сами.
Предисловие 1.
Любое коллекционирование это страсть. Кого-то она увлекает и не отпускает всю жизнь. И в пылу этой страсти бывает так, что сантехник может быть много круче генерала.
Мой отец уже 60+ лет собирает марки и сообрал довольно таки интересную коллекцию. Даже когда мы покидали СССР более четверти века назад, коллекция поехала с нами. Как сейчас помню тяжёлые баулы где было несколько десятков альбомов. До сих пор не понимаю, зачем тащить было альбомы, а не переложить марки в конверты. :-)
Как уважающий себя коллекционер он собирает не всё подряд, а определённые тематики. Всех их я уж и не помню (я филателией не заболел, и коллекционирую не марки, а оружие и шахматы), но знаю что он собирает марки на которых изображены… марки (т.е. марка на марке). Ну и когда у меня есть возможность то я прикупаю что-то по теме дабы ему подарить. (далее…)

Однажды в Петербурге

Однажды я подвернула ногу. Было больно, но терпимо, но вот к вечеру нога начала опухать и, решив, что я не хочу превращаться в Человека-слона, поехала в круглосуточную травму. В травме нас оказалось двое: я и гоповатого вида парень с пробитой головой. Сидим мы с ним значит, сидим, у парня кровушка на пол так кап-кап, а травматолог чай пьет, да с другом беседы душевные ведет, а у парня из головы натекла уже неплохая лужа крови. Долго ли коротко, но чай доброго доктора закончился, да и разговор подошёл к логичному завершению, выходит он и говорит нам: ну решайте, кто первый и проходите в кабинет. И тут этот гопник смотрит мне пристально в глаза и выдает: хули, иди первая, ты же леди, ёпт!

Давно это было. Есть у меня одна знакомая девушка (назовём её Оксаной), которая в 15 лет переболела ангиной. Ангина дала осложнение на связки.

Грубый пропитый-прокуренный мужской голос из уст девушки с ангельской внешностью серьёзно осложнил Ксюхину личную жизнь. Давно уже осталась за плечами школа и институт, потекли трудовые будни, а принца на белом коне всё не было. Да какого принца, Оксана уже медленно, но верно подходила к черте «пусть пьёт, курит, страшен, но хотя бы набор конечностей в комплекте».

Парни как минимум терялись при первом разговоре с ней. Некоторые, при попытках знакомства на улице округляли глаза от ужаса и срочно ретировались. Но если знакомство продолжалось более одного вечера, то стройная фигура, красивое лицо и отличное чувство юмора перевешивали ощущения разговора со старым боцманом. И когда дело доходило до секса всплывал ещё один (подводный камень) скальный массив. (далее…)

Будучи подростком, сильно заболел ангиной, температура 39, и вот на скорой отвезли в больницу нашего небольшого города. На улице январь, холод минус 30, больница как после войны, серая, облезлая, меж окнами прощелины размером с палец, а в палате не больше 10 градусов, про пол вообще вспоминать страшно. Встать на пол, как ногой в прорубь, повезли в операционную делать капельницу, стены облезлые и видно кирпичи, а на кирпичах надписи, лежу в бреду и читаю: «Тут ты как в концлагере», «Здесь ты мясо в морозилке». И самое последние убило — «Холод все херня, самая ж@па — местный обед».