Мой учитель труда в 5-6 классах в 22-й школе г. Орла Григорий Иванович Внуков был добрейшей души человеком. Когда ввели новый предмет — начальную военную подготовку, Г.И. надел форму с черными петлицами артиллериста и погонами старшего лейтенанта и стал нас учить основам боевого искусства. Тогда мы и узнали, что он ветеран войны.

На торжественной линейке 8 мая 1975 года, директор школы дала ему слово, представив его как воина-освободителя, освободившего Кенигсберг.

Григорий Иванович вышел, снял медаль и показал её стояшим рядом ученикам: «Прочитайте, не за освобождение, а за взятие Кенигсберга!»

Решил черкнуть одну маленькую историю… Боян, не боян, судить вам, явно не один он такое проделывал…

Отец моего друга служил в ГДР в начале 80-ых. Жестко все тогда было с поведением офицеров. Жестче, чем показывают даже у счастливых владельцев платных каналов ХХХ.
С его слов: Пошли мы как-то по Берлину с другом погулять. Знали, что контроль будет, но пошли. Гуляли аккуратно. Много не пили, местных не доставали. Но тут познакомились с девочками. Лясем-трясем, чем-то по столу, пошли к ним домой… (В этом месте Самая Главная Тема остается нераскрытой, хотя, она раскрыта была на раз восемь, но подробностей не имею)
Утром их ждал командир части со словами: — Вы что, хотите в 24 часа вылететь на Родину?
А, к слову сказать, за все подряд высылали тогда. Но вот ответ, после которого двум друзьям просто посоветовали больше не «косячить», а про высылку забыли, был именно в духе той эпохи: — А Вы что, нас Родиной пугаете???

Наверное, пришла необходимость поделиться некоторыми зарисовками о войне, которую пережил народ нашей страны. Хочется передать видения простых людей, а не причесанные воспоминания политработников или военно начальников.
Геннадий Семенович Щербаков, капитан 2 ранга и командир большой дизельной подводной лодки прожил яркую жизнь и делился своими наблюдениями и воспоминаниями мимоходом, как иллюстрация к событию.
Середина шестидесятых годов, всего прошло двадцать лет после окончания войны и еще не всех героев уволили в запас и даже по праздникам в ДОФе (Дом офицерского состава) Полярный устраивали застолья. 9 мая. Закончился торжественный обед, офицеры вышли на перекур и вместе с ними командир бригады (?) подводных лодок. К нему начали приставать с просьбами рассказать что нибудь такое о войне. Он долго отнекивался, но молодой задор победил, и начальник сдался. И вот его повествование: (далее…)

Кто все эти люди, которые пишут статьи типа «Как одеваться после 40 лет, и выглядеть стильно?», «Какие причёски надо делать после 40» и «Пляжная мода для тех, кому за 40»? Вам самим-то сколько лет ваще, стилисты? 18 есть? Паспорт с собой? Доставайте. А теперь послушай тётю, деточка. Когда мне было лет 10 — это вот почти как тебе сейчас — мы всей страной делали песенники. Абсолютно с той же страстью, с какой вы сейчас свои селфи в Инстаграм ебошите. И печали те же самые: вы подписчиками и лайками меряетесь, а мы песенники свои на переменках сравнивали: у кого круче в нём рисунки, и из каких журналов картиночки красивые туда вклеены. Хуйня ваш Инстаграм по сравнению с нашими песенниками! Тебе не понять этой чёрной и бессильной зависти, когда у твоей одноклассницы в песеннике иностранные песни прям вот по-английски написаны, и картиночки-то в нём из иностранных журналов с красивыми тётеньками на красивых машинах, а в твоём песеннике из иностранного только песня «Ночное рандеву» — да и то, потому что певец нерусский, какой-то Крис Кельми, и картиночки из журнала Крестьянка и Здоровье, с тётками-доярками и красиво нарисованным простатитом в разрезе! Ты не представляешь, на какую уголовку приходилось идти ради красивого и крутого песенника! Я уговорила папу взять меня к себе на работу, типа мне очень интересна стройка, оранжевые каски, и вот это всё — а на самом деле Я ШЛА ВОРОВАТЬ!!! Папа мой тогда строил в аэропорту Шереметьево взлётно-посадочные полосы, и я точно знала, что в местных помойках у международного терминала должны валяться иностранные журналы с красивыми картиночками! И ты не знаешь, чего мне стоило незаметно порыться в помойке, а потом спрятать на себе 10 журналов с рекламой духов и красивых машин! (далее…)

Накануне премьеры спектакля «Собор Парижской Богоматери» роль горбуна
Квазимодо досталась ветерану театра — актеру Степану Петровичу.
Спектакль начинался с того, что Квазимодо, в полумраке должен был под
звук колоколов пролететь, держась за канат, через всю сцену. Перед
премьерой Степан Петрович, как у него было заведено, изрядно принял на
грудь. Шатаясь из стороны в сторону, он добрел до гримерки, нацепил горб
и лохмотья Квазимодо. До начала спектакля остались считанные минуты.
Степан Петрович направился к сцене. На сцене полумрак, зазвонили
колокола, вдруг, через всю сцену, слева направо пролетел Квазимодо.
Затем Квазимодо пролетел справа налево. Затем еще раз и еще раз… Раз
эдак на шестой Квазимодо остановился посреди сцены и, повернувшись к
переполненному залу спиной, держа канат в руке и смотря на кулисы, в
полной тишине произнес:
— Ну, еб твою мать! Я тут как последняя сука карячусь, а эти мудаки еще
занавес не подняли!