Мой приятель, здоровенный двухметровый мужик, рассказывал.
— Помнил я еще со школы, что если взять за ручку ведро с водой и сильно его раскрутить, то ни капли воды не прольется. А мы как раз новый чайник купили. Ну я и решил показать детям фокус…
Дальше рассказ детей:
— Папа позвал нас на кухню. Посадил. Налил в чайник воды. Размахнулся и разбил его о потолок.

Папа, ты меня учил, что мужик не должен бегать за бабой. Что мужик должен уважать себя.
— Да, Вовочка, ты прав, я и сейчас так считаю.
— Но тогда почему ты бежишь, как лох, в школу, к Марье Ивановне, сразу после первого вызова в моем дневнике? . .

В начальной школе на ёлке я была одной из бабочек, которые кружились вокруг той самой новогодней ёлки. У всех были мягкие крылышки в основном из тюля — ткани, пришитые под лопатками и к рукавам. А у меня были крылья в метра полтора из фанеры, расписанные как бы под хохлому. Со мной рядом никто не кружился, а в дверь я заходила боком. Обожаю креатив отца!

— Папа, а как я получился?
Сынок, мы с мамой тебя в капусте…
— Папа, я в феврале родился. Ну, какая в феврале капуста?
— Не перебивай старших. Я тогда шофером был, а твоя мамка — приемщицей на овощебазе. Вот за ящиками с капустой ты и получился.

Много лет назад я подрабатывал в детской больнице лаборантом. В частности, брал кровь на всевозможные анализы у детишек всех «калибров» — от совсем маленьких недоношенных до девиц лет 17 с половиной, ростом в метр восемьдесят, весом килограммов в 90, с бюстом четвертого размера, смолящих втихую Беломор.
Наибольшие неприятности в моральном плане вызывали дети лет 3-4, которые на каждую попытку уколоть их в пальчик выдавали истерические «концерты» минут на 20-30 с визгами, писками, слюнями, соплями, пиханием «злого дяди-кровопийцы» ножками в пах со всей силой, царапанием, попыткой разбить все пробирки на столе, и т.п. (далее…)