Приятель, ещё до переезда в столицу, очень долго и упорно искал себе жену. Девушки ему нравились целостные, состоявшиеся по жизни, а главное — сочетающие в себе формат «коня на скаку остановит» и нежную заботу о домашнем очаге. Сам он много чего добился, спортивен, красив — посему как говорится, «имеет полное право». Но- что то не клеилось. То одно не так, то другое.

(далее…)

Челябинск. Предновогодняя суета никак не сказывается на окружающей обстановке. Уже отгремели лихие 90-е, но и в середине 2000-х там было сурово. Девушка коммивояжер в командировке, с полным баулом дорогой косметики плетется на адрес к подруге. Тьму разгоняет одинокий фонарь, под которым расположена не аптека, а пара типичных гопников с кровожадными ухмылками, глядящих на девушку. Девушка на пару секунд замирает, а потом ломая шаблоны парням с радостной улыбкой мчится к ним.
— Ребята, как же хорошо, что я вас встретила. У вас тут так страшно, вы меня не проводите?!
Несколько долгих секунд осмысления, и один из парней, уже без улыбки берет баул, а второй галантно подставляет локоть. Проводили, донесли до дверей, и без всяких подкатов встречали и провожали с остановки всю неделю.

Не очень смешо, но жизненно:
В «лихие» годы имел эрдельтерьера (вечная ему память), довольно большого — 38 кг. Как известно, эрдельки очень веселы, игривы, любят детей. А в придачу, я («цивильный» человек) выдрессировал его по полной полицейской программе. Возвращаясь (есессено, с псинкой) с вечерней прогулки, нарвались на стаю гопников (или они на нас, сразу не поймешь) — дай мелочи… а не пойти ли вам всем куда-нибудь… а мы сейчас тебя закопаем… ОХРАНЯЙ (это я собачке). Сам встал спиной к стене дома. Далее все повторялось каждые полгода (видимо, у них — сезонные обострения псих. заболеваний): 12-15 пьяных и безголовых товарищей пытаются прорваться ко мне, цуцик РАБОТАЕТ на дистанции поводка (2 метра), клацает 5-и сантиметровыми клыками, иногда доставая мясо наиболее глупых нападавших. Я спасаю шайку от полного разгрома, не спускаю друга с поводка, вызываю полицию. Приезжают служивые. Шайка дружно начинает плакать: мы стояли, курили, а этот… . пик… пик… пик, (далее…)

— Помнишь, я у местных гопов парнишку избитого выкупила за полтинник?
Пожалела, дура!
— Почему дура-то?
— Они ко мне вторую неделю ходят, как на работу. Приносят парней, предлагают купить. И говорят: «Не стесняйся! Не нравится этот, скажи — другого принесем»

Когда умирает гопник, где-то улыбается подсолнух.