Мама спрашивает сына:
— Петя, что-то я не вижу твоего школьного дневника?
— А я его Ваське за 5 баксов напрокат до завтра дал, родителей попугать.

Сему очень ждали.
И дождались.
Когда уже потеряли надежду. Девять лет ожидания — и вдруг беременность!
Сема был закормлен любовью родителей. Даже слегка перекормлен. Забалован.
Мама Семы — Лиля — детдомовская девочка. Видела много жесткости и мало любви. Лиля любила Семочку за себя и за него.
Папа Гриша — ребенок из многодетной семьи.
Гришу очень любили, но рос он как перекати-поле, потому что родители отчаянно зарабатывали на жизнь многодетной семьи.
Гриша с братьями рос практически во дворе. Двор научил Гришу многому, показал его место в социуме. Не вожак, но и не прислуга. Крепкий, уверенный, себе-на-уме.
Гришины родители ждали Семочку не менее страстно. Еще бы! Первый внук!
Они плакали под окнами роддома над синим кульком в окне, который Лиля показывала со второго этажа.
Сейчас Семе уже пять. Пол шестого.
Сема получился толковым, но избалованным ребенком. А как иначе при такой концентрации любви на одного малыша?
Эти выходные Семочка провел у бабушки и дедушки.
Лиля и Гриша ездили на дачу отмывать дом к летнему сезону
Семочку привез домой брат Гриши, в воскресенье. Сдал племянника с шутками и прибаутками. (далее…)

Вот что, как вы думаете, делают ваши соседи, когда из-за стенки раздаются звуки, как будто кто-то мебель двигает?
У кого как, а у моих родителей это кота на стуле с колесиками катают.

10-летняя девочка однажды приходит домой и заявляет:
— Я больше не дева.
В доме сначала воцаряется гробовая тишина, затем начинаются взаимные упреки между всеми членами семьи. Отец — матери:
— Ах ты, уличная шалава, с@ка, потаскуха!
Да ты же все время одеваешься, как пр@ститутка, а красишься так, что у тебя косметика чуть ли не отваливается! Я уж не говорю о твоей речи: ругаешься последними словами при дочке!
Затем обращается к старшей 20-летней дочери: (далее…)

Пришло время грешить: таскать конфеты из детских подарков…