Тщедушный гражданин в одесском ресторане робко коснулся руки человека, надевающего пальто:
— Извините меня, — проговорил он. — Вы, случайно, не Рабинович?
— Нет! — фыркнул тот.
— Понимаете, дело в том, что я — Рабинович, а вы сейчас надеваете мое пальто!

В Одессе, гаишник тормозит авто, обращается к водителю:
— А почему едем без ремня безопасности и по мобильному на ходу разговариваем?
— Ой, я Вас умоляю, можно подумать, шо Вы этому не рады! ?

Одесситка на старости лет съездила на курорт.
— Все было хорошо, только ceкcа было мало!
— Ой, Сара Моисеевна, в вашем возрасте…
— А шо возраст… Таки лежать-то я еще могу!

Году так в 1988 приехала в Одессу важная американская шишка, вроде
сенатора. Как положено по этикету, ведут его, для демонстрации нашего
миролюбия, в школу, естественно, с английским языком обучения. Директор,
услышав о визите такого важного гостя, распорядился показать ему наилучше
оформленный кабинет, а им оказался кабинет начальной военной подготовки.
(На НВП полагалось не только строем ходить, но и готовиться к военной
профессии, в такой школе — переводчика).
Входит сенатор и видит прямо перед собой плакат «Структура и вооружение
мотопехотного батальона армии США» (на английском), в ужасе оборачивается —
и упирается в «Порядок допроса пленных».

В одесской аптеке:
— Есть ли у вас что-нибудь для седых волос?
— Конечно! Таки глубокое уважение…